Основная причина – загрязнение
Чиновники отметили, что в республике, являвшейся одним из центров рыбной промышленности страны, ситуация близка к катастрофической. Рыбы будет становиться все меньше, а некоторые эндемики в скором времени могут исчезнуть совсем. В Байкале и его притоках и более мелких озерах, представлявших раньше большое промысловое значение, рыбы становится все меньше.
Причины происходящего обсудили в понедельник на круглом столе. Вопрос, впрочем, поднимается уже не первый год, пока безрезультатно. Но в этот раз все было иначе – надежды возлагались на зампреда правительства Дмитрия Рогозина, приехавшего в Улан-Удэ, который мог бы поднять проблему на федеральном уровне.
Поэтому ведомственные чиновники не скупились на красочное описание создавшегося положения. По словам руководителя Ангаро-Байкальского территориального управления Росрыболовства Михаила Воронова, основным фактором, влияющим на численность рыб, является загрязнение водоемов и сокращение мест нерестилищ. Последнее пока остается самой главной опасностью – утратив нерестилища, по словам чиновника, можно навсегда потерять и все рыбное богатство республики. Негативные примеры уже есть: «Некоторые озера по Забайкалью мы фактически потеряли как рыбохозяйственные водоемы. Не видеть этого мы не имеем право, молчать об этом - тоже».
Своего коллегу поддержал директор Байкальского филиала Госрыбцентра Владимир Петерфельд: «В настоящее время отмечается снижение уровня естественного воспроизводства омуля практически во всех нерестовых реках». По его словам, в некоторых реках, таких как Верхняя Ангара, привлекающей наибольшее число рыб на нерестилища, такого резкого падения не наблюдалось с начала восьмидесятых годов.
Совсем все плохо
Как оказалось, реальные рыбные ресурсы республики и всего прибайкальского региона на сегодняшний день составляют чуть больше трети от потенциальных возможностей наших водоемов. Причем, из-за негативных факторов, по словам чиновников Росрыболовства, ежегодно теряется около 6,5 тысячи тонн рыбы.
«После вашего доклада совсем все плохо, - печально резюмировал заместитель руководителя Федерального агентства по рыболовству Владимир Соколов. – По вашим отчетам на всех четырех основных реках падение. Надо с этим что-то делать. Я бы попросил все-таки выявить причину, что мы не так делаем? Иначе к пятнадцатому году придется опять закрыть вылов омуля, но это же не выход из положения».
По его словам, несмотря на принимаемые законодательные меры, ситуация не двигается в положительном направлении.
«Посмотрите на эти цифры, выпускаете миллиарды мальков, а результаты где? Мы бюджетные деньги тратим, а результатов нет. Значит, мы что-то не так делаем. Мы должны эти причины выявить, пока еще катастрофа не произошла», - сказал он.
Виноваты федеральные власти?
Тревогу забил и глава республики Вячеслав Наговицын. На заседании морской комиссии он фактически обвинил федеральные власти в происходящей омулевой катастрофе. Сделал он это заявление в присутствии Дмитрия Рогозина, непосредственного представителя этой самой федеральной власти.
«Один из важнейших эндемиков и брендов озера – байкальский омуль находится сегодня под угрозой резкого сокращения численности и утраты своего промыслового значения, а впоследствии возможно и его полное исчезновение. Причиной тому служит целенаправленное разрушение системы искусственного и естественного воспроизводства омуля. Так, в 2014 году госзаказ на выпуск рыбоводной продукции в озеро Байкал сведен к минимуму за всю историю искусственного воспроизводства байкальского омуля», - сказал глава республики.
Объем финансирования на эти цели, по словам Вячеслава Наговицына, составил около 19,9 миллиона рублей, тогда как нужно не менее сорока пяти. Причем, ситуацию осложняет то, что это федеральная функция, и республика не имеет ни права, ни собственных денег для перелома ситуации.
«А ситуация выглядит таким образом, чтобы сохранить омуль, нам необходимо, если даже брать по минимуму, 11 миллионов молоди и 750 миллионов личинок с соответствующими затратами по утвержденным государственным расценкам», - сказал глава республики. Впрочем, Дмитрий Рогозин никак не отреагировал на это заявление.
Человеческий фактор
Практически единственной новостью со знаком плюс стали словам Михаила Воронова о радикальном снижении объемов браконьерского вылова.
«Благодаря консолидации усилий всех нас, здесь сидящих, правоохранительных структур, региональных и муниципальных властей, браконьерский вылов снижается и составляет у нас меньше шести процентов», - сказал руководитель территориального управления.
Но тут же поспешил разочаровать его и гостей депутат Народного Хурала Баир Гармаев, также отметивший сокращение численности рыбы:
«Республика Бурятия обладает уникальными природными возможностями для развития рыбохозяйственного комплекса. Но, несмотря на это, в последние годы отмечено снижение численности нерестового омуля. Ежегодно происходит уменьшение общего объема выловленных биоресурсов», - сказал депутат.
И происходит это, по его словам, в том числе из-за роста браконьерского лова рыбы.
«На сегодняшний день значительно возрос объем незаконно добытых биоресурсов, особенно в нерестовый период. Браконьерский лов носит организованный характер и растет опережающими по сравнению с охранными мероприятиями темпами. В связи с сокращением численности байкальского омуля назрела необходимость в проведении полномасштабных работ по оценке запасов байкальского омуля», - отметил Баир Гармаев.
Молчание Рогозина
Вопрос же, почему все так плохо в рыбном хозяйстве, по большому счету так и остался без ответа. Участники круглого стола лишь составили рекомендации, одними из важнейших пунктов которых являются увеличение финансирования всего рыбохозяйственного комплекса страны и изменение законодательства.
Дмитрий Рогозин, которому, кстати, показали выставку рыбохозяйственного потенциала республики, рыболовную проблему в итоге никак не прокомментировал, ограничившись общими словами. Его, по всей видимости, куда больше занимали вопросы по замене импортных комплектующих в оборонной промышленности продукцией российских предприятий. Зампред даже не пожелал попробовать копченого омуля.
Так что рыбному хозяйству республики придется уповать только на собственные силы, да на федеральное агентство. Которое, как мы отметили, занимается обсуждением этой проблемы уже не первый год, и пока без результатов. Если рекомендации круглого стола будут приняты, то Бурятия в ближайшее время может оказаться на передовой в борьбе за пресноводную рыбу в России. В противном же случае, что более вероятно, через несколько лет будет введен полный запрет на добычу омуля в Байкале, сообщает «Номер один».